Неточные совпадения
Похвальный лист этот, очевидно, должен был теперь послужить свидетельством о праве Катерины Ивановны самой завести пансион; но главное, был припасен с тою целью, чтобы окончательно срезать «обеих расфуфыренных шлепохвостниц», на случай если б они пришли на поминки, и ясно
доказать им, что Катерина Ивановна из самого благородного, «можно даже сказать, аристократического дома, полковничья дочь и уж наверно получше иных искательниц приключений, которых так много расплодилось в последнее
время».
— Плохо. Теперь еще: не видал ли кто-нибудь Николая в то
время, когда Кох да Пестряков наверх прошли, и нельзя ли это чем-нибудь
доказать?
Что же касается до будущей карьеры его, то она тоже казалась ей несомненною и блестящею, когда пройдут некоторые враждебные обстоятельства; уверяла Разумихина, что сын ее будет со
временем даже человеком государственным, что
доказывает его статья и его блестящий литературный талант.
— Ах, что говорить! — сказала графиня, махнув рукой. — Ужасное
время! Нет, как ни говорите, дурная женщина. Ну, что это за страсти какие-то отчаянные! Это всё что-то особенное
доказать. Вот она и
доказала. Себя погубила и двух прекрасных людей — своего мужа и моего несчастного сына.
Он
доказывал, что бедность России происходит не только от неправильного распределения поземельной собственности и ложного направления, но что этому содействовали в последнее
время ненормально привитая России внешняя цивилизация, в особенности пути сообщения, железные дороги, повлекшие за собою централизацию в городах, развитие роскоши и вследствие того, в ущерб земледелию, развитие фабричной промышленности, кредита и его спутника — биржевой игры.
Тогдашние тузы в редких случаях, когда говорили на родном языке, употребляли одни — эфто,другие — эхто: мы, мол, коренные русаки, и в то же
время мы вельможи, которым позволяется пренебрегать школьными правилами), я эфтим хочу
доказать, что без чувства собственного достоинства, без уважения к самому себе, — а в аристократе эти чувства развиты, — нет никакого прочного основания общественному… bien public…
Но палата отменила решение суда, и в то же
время ‹иск› о праве на владение частью спорной земли по дарственной записи Левашевой предъявил монастырь,
доказывая, что крестьяне в продолжение трех лет арендовали землю у него.
В одном письме мать
доказывала необходимость съездить в Финляндию. Климу показалось, что письмо написано в тоне обиды на отца за то, что он болен, и, в то же
время, с полным убеждением, что отец должен был заболеть опасно. В конце письма одна фраза заставила Клима усмехнуться...
Ежели я скажу, что через женский пол опытный администратор может во всякое
время знать все сокровенные движения управляемых, то этого одного уже достаточно, чтобы
доказать, сколь важен этот административный метод.
Это
доказывает также, что в прежние
времена от градоначальников требовали не столько блестящего правописания, сколько глубокомыслия и природной склонности к философическим упражнениям.
— Я нарочно и сказал, чтобы вас побесить, потому что вы от родства уклоняетесь, хотя все-таки вы родственник, как ни финтите, по святцам
докажу; за тобой, Иван Федорович, я в свое
время лошадей пришлю, оставайся, если хочешь, и ты. Вам же, Петр Александрович, даже приличие велит теперь явиться к отцу игумену, надо извиниться в том, что мы с вами там накутили…
Ты сама
доказала, что и в твое
время люди могут жить очень привольно.
Мне не нравились его быстрый взгляд, твердый голос, гордый вид, но более всего совершенное равнодушие, которое он мне оказывал. Часто во
время разговора мне ужасно хотелось противоречить ему; в наказание за его гордость хотелось переспорить его,
доказать ему, что я умен, несмотря на то, что он не хочет обращать на меня никакого внимания.
Надо признаться, что ему везло-таки счастье, так что он, уж и не говоря об интересной болезни своей, от которой лечился в Швейцарии (ну можно ли лечиться от идиотизма, представьте себе это?!!), мог бы
доказать собою верность русской пословицы: «Известному разряду людей — счастье!» Рассудите сами: оставшись еще грудным ребенком по смерти отца, говорят, поручика, умершего под судом за внезапное исчезновение в картишках всей ротной суммы, а может быть, и за пересыпанную с излишком дачу розог подчиненному (старое-то
время помните, господа!), наш барон взят был из милости на воспитание одним из очень богатых русских помещиков.
Время рождения вашего слишком легко
доказать фактически, так что слишком обидное для вас и для матушки вашей искажение этого факта в статье господина Келлера объясняется одною только игривостью собственной фантазии господина Келлера, полагавшего усилить этим очевидность вашего права и тем помочь интересам вашим.
Или обращаются к отцу с вопросом: «А скоро ли вы, братец, имение на приданое молодой хозяюшки купите?» Так что даже отец, несмотря на свою вялость, по
временам гневался и кричал: «Язвы вы, язвы! как у вас язык не отсохнет!» Что же касается матушки, то она, натурально, возненавидела золовок и впоследствии
доказала не без жестокости, что память у нее относительно обид не короткая.
Словом сказать, мы целый час провели и не заметили, как
время прошло. К сожалению, раздалось призывное: pst! — и Струнников стремительно вскочил и исчез. Мы, с своей стороны, покинули Эвиан и, переезжая на пароходе, рассуждали о том, как приятно встретить на чужбине соотечественника и какие быстрые успехи делает Россия, наглядно
доказывая, что в качестве «гарсонов» сыны ее в грязь лицом не ударят.
В это
время перед самой ротой мгновенно вспыхнуло пламя, раздался ужаснейший треск, оглушил всю роту, и высоко в воздухе зашуршели камни и осколки (по крайней мере секунд через 50 один камень упал сверху и отбил ногу солдату). Это была бомба с элевационного станка, и то, что она попала в роту,
доказывало, что французы заметили колонну.
— Помню, как ты вдруг сразу в министры захотел, а потом в писатели. А как увидал, что к высокому званию ведет длинная и трудная дорога, а для писателя нужен талант, так и назад. Много вашей братьи приезжают сюда с высшими взглядами, а дела своего под носом не видят. Как понадобится бумагу написать — смотришь, и того… Я не про тебя говорю: ты
доказал, что можешь заниматься, а со
временем и быть чем-нибудь. Да скучно, долго ждать. Мы вдруг хотим; не удалось — и нос повесили.
В нем он выражал сожаление, что она, вопреки его ожидания, не могла удержать князя от нанесения ему оскорблений и от писания на него кляуз, хотя он никогда ни к князю, ни к ней не чувствовал ничего, кроме искреннего расположения, которое, он надеется,
доказал на деле и даже хотел, как и обещал ей, быть к услугам ее и князя на будущее
время, но что теперь, после совершившегося инцидента, он в праве считать себя освобожденным от всяких нравственных обязательств не только по отношению к князю (об этом не может быть и речи), но даже и по отношению к ней.
— Эта его выходка во
время ареста, нервный припадок, — начал снова отец Варсонофий, —
доказывает, что он испугался, что он слаб… Я убежден, что он выстрадал после этого столько, что если его присудят к самому высшему наказанию, оно будет несравненно легче перенесенных им нравственных мучений.
Но последнее
время записка эта исчезла по той причине, что вышесказанные три комнаты наняла приехавшая в Москву с дочерью адмиральша, видимо, выбиравшая уединенный переулок для своего местопребывания и желавшая непременно нанять квартиру у одинокой женщины и пожилой, за каковую она и приняла владетельницу дома; но Миропа Дмитриевна Зудченко вовсе не считала себя пожилою дамою и всем своим знакомым
доказывала, что у женщины никогда не надобно спрашивать, сколько ей лет, а должно смотреть, какою она кажется на вид; на вид же Миропа Дмитриевна, по ее мнению, казалась никак не старее тридцати пяти лет, потому что если у нее и появлялись седые волосы, то она немедля их выщипывала; три — четыре выпавшие зуба были заменены вставленными; цвет ее лица постоянно освежался разными притираньями; при этом Миропа Дмитриевна была стройна; глаза имела хоть и небольшие, но черненькие и светящиеся, нос тонкий; рот, правда, довольно широкий, провалистый, но не без приятности; словом, всей своей физиономией она напоминала несколько мышь, способную всюду пробежать и все вынюхать, что подтверждалось даже прозвищем, которым называли Миропу Дмитриевну соседние лавочники: дама обделистая.
Туда в конце тридцатых и начале сороковых годов заезжал иногда Герцен, который всякий раз собирал около себя кружок и начинал обыкновенно расточать целые фейерверки своих оригинальных, по тогдашнему
времени, воззрений на науку и политику, сопровождая все это пикантными захлестками; просиживал в этой кофейной вечера также и Белинский, горячо объясняя актерам и разным театральным любителям, что театр — не пустая забава, а место поучения, а потому каждый драматический писатель, каждый актер, приступая к своему делу, должен помнить, что он идет священнодействовать;
доказывал нечто вроде того же и Михайла Семенович Щепкин, говоря, что искусство должно быть добросовестно исполняемо, на что Ленский [Ленский Дмитрий Тимофеевич, настоящая фамилия Воробьев (1805—1860), — актер и драматург-водевилист.], тогдашний переводчик и актер, раз возразил ему: «Михайла Семеныч, добросовестность скорей нужна сапожникам, чтобы они не шили сапог из гнилого товара, а художникам необходимо другое: талант!» — «Действительно, необходимо и другое, — повторил лукавый старик, — но часто случается, что у художника ни того, ни другого не бывает!» На чей счет это было сказано, неизвестно, но только все присутствующие, за исключением самого Ленского, рассмеялись.
История всех образованных государств, с самой глубокой древности и до наших
времен,
доказывает, сколь полезны бывали внушения сего рода, не токмо в годины бедствий, не перестающих и поныне периодически удручать род человеческий, но и во всякое другое, благоприятно для административных мероприятий
время.
Вот с этих пор он и держит себя особняком и не без дерзости
доказывает, что если б вот тут на вершок убавить, а там на вершок прибавить (именно как он в то
время имел наглость почтительнейше полагать), то все было бы хорошо и ничего бы этого не было.
— Сенька! — крикнет он вдруг, забывшись, но потом спохватится и скажет: — Ну, пускай себе до поры до
времени так постоит! а уж
докажу же я этим либералам, что может сделать твердость души!
Собственно, особенных сборов для этого никаких не требовалось, так как в грузинском доме была уже давно устроена и меблирована половина графини, и само приказание готовиться к отъезду, а не просто назначение
времени его, как это делалось графом обыкновенно,
доказывало, что Алексей Андреевич неохотно покидал Петербург.
— Наше супружество состояло лишь в том, что вы все
время, ежечасно
доказывали мне, что я ничтожен, глуп и даже подл, а я всё
время, ежечасно и унизительно принужден был
доказывать вам, что я не ничтожен, совсем не глуп и поражаю всех своим благородством, — ну не унизительно ли это с обеих сторон?» Тут он начал скоро и часто топотать по ковру обеими ногами, так что Юлия Михайловна принуждена была приподняться с суровым достоинством.
Он
доказал ему невозможность скачков и надменных переделок, не оправданных ни знанием родной земли, ни действительной верой в идеал, хотя бы отрицательный; привел в пример свое собственное воспитание, требовал прежде всего признания народной правды и смирения перед нею — того смирения, без которого и смелость противу лжи невозможна; не отклонился, наконец, от заслуженного, по его мнению, упрека в легкомысленной растрате
времени и сил.
— Теперь не
время, а впоследствии я не отказываюсь объяснить их вам… В настоящее
время я хотел вам
доказать только ту истину, что, несмотря на мою кажущуюся леность и беспечность, я работаю отнюдь не менее, нежели вы, люди практические, и если результаты моих невинных работ незаметны, то и ваши усилия не приносят плодов более обильных. Хотите водки?
Но тетя
доказывала, что это не опасно: дверь открывается внутрь и поддержит перемет, если он обвалится в то
время, когда в сарае человек.
Это последнее он
доказал своим крайне гуманным отношением к Савину во
время всего пути.
Граф Стоцкий первое
время восстал против проекта своего молодого друга взять с собою Катю,
доказывая ему, что ехать за границу с женщиной все равно, что отправиться в Тулу со своим самоваром.
Экзархатов схватил его за шиворот и приподнял на воздух; но в это
время ему самому жена вцепилась в галстук; девчонки еще громче заревели… словом, произошла довольно неприятная домашняя сцена, вследствие которой Экзархатова, подхватив с собой домохозяина, отправилась с жалобой к смотрителю, все-про-все рассказала ему о своем озорнике, и чтоб
доказать, сколько он человек буйный, не скрыла и того, какие он про него, своего начальника, говорил поносные слова.
— Давно уж, друг мой, — начала она с грустной улыбкой, — прошло для меня
время хранить и беречь свое имя, и чтоб тебе
доказать это, скажу прямо, что меня удержало от близкой интриги с ним не pruderie [стыдливость (франц.).] моя, а он сам того не хотел. Довольны ли вы этим признанием?
Благоговейные рассказы старых лакеев о том, как их вельможные бары травили мелких помещиков, надругались над чужими, женами и невинными девушками, секли на конюшне присланных к ним чиновников, и т. п., — рассказы военных историков о величии какого-нибудь Наполеона, бесстрашно жертвовавшего сотнями тысяч людей для забавы своего гения, воспоминания галантных стариков о каком-нибудь Дон-Жуане их
времени, который «никому спуску не давал» и умел опозорить всякую девушку и перессорить всякое семейство, — все подобные рассказы
доказывают, что еще и не очень далеко от нас это патриархальное
время.
Из его комедий мы решительно убеждаемся, что в то
время, когда он писал, царство греческой мифологии уже прошло, то есть он практически подводит нас к тому, что Сократ и Платон
доказывают философским образом.
Она любила своего мужа более всего на свете, и муж любил ее, особенно первое
время и когда он видел, что она не ему одному нравилась. Единственная цель ее жизни была приобретение любви своего мужа; но она делала, казалось, нарочно все, что только могло быть ему неприятно, и все с целью
доказать ему всю силу своей любви и готовности самопожертвования.
Но как
время было довольно поздно, то ничего этого он мне
доказать не мог, а буфетчик видит, что мы оба пьяны, моргнул на нас молодцам, а те подскочили человек шесть и сами просят… «пожалуйте вон», а сами подхватили нас обоих под ручки и за порог выставили и дверь за нами наглухо на ночь заперли.
Это уже слишком!» — злобно бормотал он, стиснув зубы, а рассудок меж тем скромно подшептывал в это самое
время простой вопрос: «чем же ты это, любезный друг, им
докажешь?» — И досадливая злоба еще пуще подступала к его сердцу.
Позднее тот же дедушка Крылов написал другую басню „Три мужика“, в которой образно
доказал другую истину, что во
время еды не следует вести иных разговоров, кроме тех, которые, так сказать, вытекают из самого процесса еды.
В ожидании Ивана Тимофеича мы уселись за чай и принялись благопотребно сквернословить. Что лучше: снисходительность ли, но без послабления, или же строгость, сопряженная с невзиранием? — вот вопрос, который в то
время волновал все умы и который, естественно, послужил темою и для нас. Прудентов был на стороне снисходительности и
доказывал, что только та внутренняя политика преуспевает, которая умеет привлекать к себе сердца.
Давно, очень давно дедушка Крылов написал басню „Сочинитель и разбойник“, в которой
доказал, что разбойнику следует отдать предпочтение перед сочинителем, и эта истина так пришлась нам ко двору, что с давних
времен никто и не сомневается в ее непререкаемости.
Мы даже прямо сознались, что, будучи воспитаны в казенных учебных заведениях, мы охотно поддавались обольщениям разума, но в то же
время самым убедительным образом
доказали, что обольщения эти были своевременно нами поняты и вполне искуплены последующим нашим поведением.
Вознамерившись подкузьмить Ивана Тимофеича, с тем чтобы потом самому сесть на его место, он тайно послал в московский Охотный ряд корреспонденцию, в которой
доказывал, что ядовитые свойства проектированного в квартале «Устава» происходят-де оттого, что во
время его составления господин начальник квартала находился-де под влиянием вожаков революционной партии, свившей-де гнездо на Литейной.
— Прости меня — это
время как-то было мне неловко; ты, впрочем, слышал обо мне — я постоянно отправляю домой очередные казенные письма, которые
доказывают, что жив Чурилка.
Юрка Васин в это
время вел ударную работу в вальцовке. С ним еще два парня-комсомольца. Их цель была
доказать, что один рабочий может работать одновременно на двух вальцовых машинах, — до сих пор все работали на одной. Гриша Камышов, секретарь их цеховой комсомольской ячейки, «ударялся» со своими подручными тут же, на огромном трехзальном каландре.
— Да! — воскликнул он, — да! и довольно! И больше мне от тебя никаких слов не нужно. Давай свои ручонки: я с первого же взгляда на тебя узнал, что мы свои, и другого ответа от тебя не ожидал. Теперь не трать
время, но
докажи любовь поцелуем.
Что в первое
время своего царствования Петр еще не имел определенной решимости вообще касательно образа своих действий,
доказывает его бездействие в первые пять лет правления до азовских походов.
Довольство такими мастерами и учеными, как Брант и Тиммерман,
доказывает, что гениальный отрок не дошел еще в это
время до той точки, с которой должны были открыться ему их ограниченность и неспособность.